Клерикалы грезят о победе на фронте

От редактора сайта.

"Выиграть БИТВУ за умы на ФРОНТЕ российского образования" - такую воинственную задачу ставит перед русским православием руководитель петербургского христианского вуза. Мы помещаем его статью на нашем атеистическом сайте, чтобы показать степень неприкрытых притязаний РПЦ на роль главного и единственного воспитателя российской учащейся молодежи, сопровождая комментарием ученого-педагога, стоящего на позиции неприятия этих сумасбродных претензий.

СПОСОБНО ЛИ ПРАВОСЛАВИЕ ВЫИГРАТЬ БИТВУ ЗА УМЫ НА ФРОНТЕ РОССИЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ?

1. О СТРАТЕГИИ НАЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

Продуктивная жизнедеятельность страны не может быть организована чисто финансовыми и политическими инструментами. Комплексный характер имели стратегии Петра I, Екатерины II, Ленина, Сталина, Хрущева и даже Брежнева. При очевидной несопоставимости они включали в себя модели развития геополитики, экономики, управления, культуры, образования, науки и идеологий. Что касается осуществляемых ныне либеральные реформы, то они страдают отсутствием национальной идеологии. Голый антикоммунизм исчерпал себя.

В России коммунизм победил антикоммунизм под лозунгом свободы и справедливости, основой чего можно считать ветхозаветную (новозаветную по источнику) идею земного воздаяния каждому по заслугам. В настоящий момент она истощается на социальном уровне. В антикоммунистической идеологии проводимых в России либеральных реформ языческая и христианская потенция свободы эклектически смешаны. Язычество растворяет человеческую личность в объективном бытии - стихиях, страстях, обстоятельствах и интересах, тогда как христианство исходит из убеждения, что человек как подобие Творца выше внешних обстоятельств и способен их преодолеть. Идеология современного российского антикоммунизма предлагает человеку свободно отдаться стихиям естественных страстей и социальных обстоятельств. В этом она не дотягивается до ветхозаветной концепции свободы как тотального подчинения человеческой воли божественной. Доминирование какого-либо из духовных оснований, определяющих либеральные реформы, задаст определенный вектор развития российского общества. Но какой?

2. ФУНКЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ В ЛОКАЛЬНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ. ПРАВОСЛАВИЕ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Система образования - та сфера, где культура себя культивирует, с помощью которой цивилизация воспроизводит самое себя, одновременно сохраняясь и модифицируясь. Россия исторически формировалась под воздействием суммы факторов - этнического, инокультурных влияний, духовного. Важнейшим обстоятельством является восприятие Русью христианства в его восточной (византийской) форме. Для христианина очевидно, что Православие будет и впредь являться фактором развития российской цивилизации. Вопрос лишь в том, в какой степени и в каком качестве - как субкультура или как творческая основа культурно-исторического процесса в целом. Проблема соотношения указанных способов влияния Православия на судьбу России более чем актуальна для церкви.

Как субкультура Православие, безусловно, сохранится и скорее всего внешне укрепится, может быть, вернет и даже усилит льготы привилегированной государственной религии. Вопрос в том, не превратится ли оно на этом пути в музей древностей, а священническое сословие - в одну из привилегированных социальных групп по типу жреческой касты, забыв в процессе самосохранения о своей миссии. Такой шанс у церкви есть.

3. СИСТЕМА БОГОСЛОВСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Конституирование Православия предполагало создание соответствующей образовательной модели, что и было сделано посредством преобразования Славяно-греко-латинской Академии из общеобразовательного учреждения в духовную школу, а место общеобразовательного занял Московский университет. В последующем система богословского образования развивалась по закрытому типу. Большевистские реформы превратили Православие в задворки советской цивилизации.

Сейчас основная функция духовных школ - подготовка приходских священников. И это естественно после семидесятилетнего погрома. Совокупность этих школ позволяет Православию быть фактором религиозного возрождения России. Важнейшим, но не единственным.

4. ТАКТИКА ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В НОВОЙ СИТУАЦИИ

Кризис коммунистического и посткоммунистического мировоззрения дает на рубеже тысячелетия уникальную возможность формирования новой стратегии национального развития. Успех зависит от того, захочет ли церковь стать культурообразующим лидером, сумеет ли выбрать правильную тактику, чтобы убедить общество и захочет ли последнее воспринять миссионерский импульс Православия.

Рассмотрим возможности и эффективность в этом деле христианско-просветительской педагогической модели как части общего пространства российского образования. Количество духовных школ, включая различные краткосрочные курсы для мирян, ничтожно мало в сравнении с количеством светских учебных заведений и обучающихся в них, а их интеллектуальный ресурс несопоставим с потенциалом научно-педагогических кадров, задействованных в государственных университетах. Выпускники немногочисленных православных школ могут охватить своим влиянием достаточно узкий круг воцерковленных людей. Однако, "не здоровый имеет нужду во враче, но больной". Иными словами, миссия Православия может реализоваться и в светских учебных заведениях - гуманитарных, социально-экономических, естественнонаучных, технических. Но воздействие церкви на светское образование посредством эпизодических визитов священников в образовательные учреждения ограничено и зависит от субъективного расположения руководителей этих учреждений. Такая методология не затрагивает структуры и содержания образовательных программ. Необходимо создание православных программных обучающих продуктов - курсов, дисциплин, блоков дисциплин, модели образовательного процесса в целом - и их реализация в светской аудитории.

Но здесь возникает проблема: способна ли христианская модель образования выдержать конкуренцию со стороны действующей системы и со стороны вытесняющей последнюю новой модели, к которой стремятся развитые страны, переходящие из индустриальной эпохи в информационную? Конкуренцию, во-первых научно-методологическую, во-вторых - социально- экономическую.

5. МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАДАЧА ХРИСТИАНСКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ

Основным полем конкуренции является общеобразовательная подготовка, формирующая мировоззренческий и методологический базис, на котором строится специально-профессиональная. Структура современного сознания характеризуется комплексом установок: идея эволюции, представление о движении истории от формации к формации, убеждение в абсолютной ценности человеческой личности, вера в науку, оценка объектов с точки зрения их полезности, успех. Современные образовательные модели схожи по своим мировоззренческим и методологическим установкам, поэтому легко интегрируются сознанием студента и педагога. Это сознание готово к восприятию потоков информации в свете названных ценностей, такое восприятие для него естественно.

Ругать эти ценности или отвергать их за "неправославие" - значит проиграть битву за умы, не начиная ее, это путь в катакомбы, в которых, безусловно, можно жить, даже совершать партизанские рейды в тыл "безрелигиозного" или "языческого" гуманизма и технократической цивилизации. Но не они, однако, приводят к действительной победе. По большому же счету не так уж сложно показать историческую относительность ценностей гуманистической культуры, укорененных в современном сознании. Это уже сделали как христианское богословие и религиозная философия в Европе и в России, так и религиозно-нейтральная культурология.

Методологическая задача христианского просвещения глубже. Она состоит еще и в том, чтобы показать, что указанные ценности являются усеченной версией библейского мировоззрения с его историзмом, персонализмом, антропоцентризмом, идеей свободы. Гуманистическое мировоззрение естественно для нашего сознания, но оно поверхностно. В научно-методологическом плане христианско-просветительская модель может выиграть битву за умы интеллигенции, если сумеет раскрыть за блеском и нищетой светского гуманизма духовную глубину религиозных оснований человеческой личности, показав неотвратимость для человека и общества проблем личного бессмертия, человеческой судьбы в вечности и преимущество христианского ответа на них.

6. ПУТИ РЕАЛИЗАЦИИ ХРИСТИАНСКОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ МОДЕЛИ

Однако для реализации очерченного замысла требуется достаточная образовательная подготовка - широкий общекультурный кругозор и навык системного мышления, сопровождающиеся специальными усилиями педагога на выявление религиозных корней культурно-исторического процесса, иными словами - определенная образовательная модель. На этом пути Православие может стать фактором российского образования, в большей степени элитного, чем массового, поскольку прагматичный век заставляет российские образовательные учреждения минимизировать общеобразовательную подготовку, концентрируя ограниченные ресурсы на обеспечении специально-профессиональных навыков и умений.

В какой мере и как практически может быть реализована эта идея? Достаточно широко, и это зависит от того, насколько активна будет православная интеллигенция. Благо, широкие возможности создает практикуемая форма "авторских курсов". Но в первую очередь данный процесс - миссия церковного народа. Современные интеллигенты, считающие себя христианами, любят упрекать духовенство в "социальной пассивности", оправдывая таким образом собственную пассивность. Комплексный подход в "битве за умы" предполагает создание христианских учебных заведений, осуществляющих общеобразовательную и профессиональную (не теологическую) подготовку мирян.

7. ПРАВОСЛАВНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

Такие учреждения уже созданы на уровне как среднего, так и высшего образования. В последнем случае типичную структуру предлагает Российский православный университет в Москве и Русский Христианский гуманитарный институт в Санкт-Петербурге. Миссионерская задача РХГИ: гуманитарное образование, построенное на фундаментальной общеобразовательной подготовке, в которой через историю культуры в сознание студента вводятся религиозные основания. Синтез Православия и светской науки символизируется составом учредителей - Российская Академия образования, Пушкинский Дом, Санкт-Петербургская Духовная Академия. Подобные структуры не могут быть созданы в рамках госсистемы в силу закона. Соответственно, они отсечены от государственного финансирования. Как следствие, обучение должно быть платным. Значит, контингент христианских образовательных учреждений обречен быть небольшим.

8. УСТРАНЕНИЕ ИДЕОЛОГИИ ИЗ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО ПРОЦЕССА - ИЛЛЮЗИЯ: ВЫЗОВ ИНФОРМАЦИОННОГО "ОТКРЫТОГО ОБЩЕСТВА" ПРАВОСЛАВНОЙ КУЛЬТУРЕ

Опираясь на западный опыт, многие новые российские учебные заведения минимизируют общеобразовательную подготовку, как бы устраняя тем самым вовсе идеологическую проблематику, сосредотачивая усилия на узкопрофессиональной области. Ущербность этой позиции многократно замечалась представителями государственного образования. Однако, подготовка "высококвалифицированных профессионалов" без достаточной общеобразовательной подготовки есть не только производство специалистов, "подобных флюсу". На самом деле, устранение идеологии из образовательного процесса - иллюзия. Инструментализм и прагматизм - это также идеология. Но вопрос стоит еще глубже. Образовательные модели, реализуемые через новые вузы - провозвестники новой эпохи. Дело не в капитализме и свободном рынке, а в том, что мир переходит из индустриальной эпохи в информационную. Знание приобретает такую силу, о которой не мог мечтать Фрэнсис Бэкон, производство и потребление информации приобретает совершенно специфичные черты. В этом свете проблема свободы и рабства человека встает с особенной остротой и в специфической форме. Новая эпоха предлагает христианско-гуманистической цивилизации новые мифы и новые идеологии, являющиеся неоязыческими по существу. Неоязычество возникает из своеобразного искажения идеи свободы, предлагая человеку миф об информационном "деидеологизированном" плюрализме. Церковь должна дать комплексный ответ, не сводящийся к запрету смотреть телевизор во время поста. В том числе, ответ в области образования.

9. О ФИНАНСИРОВАНИИ ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ПРАВОСЛАВНОМ УЧЕБНОМ ЗАВЕДЕНИИ

Мне не встречалось аргументированного обоснования того, почему общее или профессиональное образование не может быть получено в православном учебном заведении, финансируемом, по крайней мере, частично из муниципального или федерального бюджета. Уровень реализации учебных программ в некоторых госструктурах иногда настолько низок, что невольно возникает вопрос о целесообразности его поддержки в таком виде. Интересно, что РХГИ получил серьезную экономическую поддержку со стороны государства, но только на научные и издательские программы. В целях развития российской науки государство создало дополнительную надведомственную систему финансирования - через Российский фонд фундаментальных исследований (РФФИ) и Российский гуманитарный научный фонд (РГНФ). Фонды финансируют прошедшие конкурс проекты, вне зависимости от ведомства их руководителя. Российского гуманитарного образовательного фонда пока нет, образовательные проекты на конкурсной основе финансирует американский бизнесмен Дж. Сорос.

Дмитрий Бурлака,
ректор Русского христианского гуманитарного института,
Санкт-Петербург

ПО ПОВОДУ СТАТЬИ Д.К.БУРЛАКИ "СПОСОБНО ЛИ ПРАВОСЛАВИЕ ВЫИГРАТЬ БИТВУ ЗА УМЫ?"

В позиции и способах аргументации Д.К. Бурлаки нет никакой новизны. Чего на этот раз хочет православная церковь? Все того же. Она хочет обрести статус не только в обществе, но и в государстве, соответствующий уровню ее собственных притязаний.

Не вдаваясь в дискуссию о правомерности притязаний Православия на умы и души русских людей и об исконности христианских традиций на Руси (заметим лишь, что не случайно в обсуждаемой статье упоминается язычество, сколь живучее в русском народе, столь и ненавистное христианству), пожалуй, стоит обратить внимание прежде всего на суть заявленной столь громко проблемы.

Вполне понятно страстное желание Православной конфессии занять главенствующее положение не только среди других конфессий, но и вообще в государстве и обществе. Ее стремление к своеобразному монополизму откровенно и вполне прозрачно. Самим представителям этой церкви не нужны никакие аргументы, например, о правах человека на свободу вероисповедания, которые современное Российское государство гарантировало своему народу, из чего естественно следует своеобразное равноправие всех религий многонационального народа России. "Миссионеры" от Православия все это просто не станут слушать. Эти аргументы скорее должны быть адресованы тем, от кого зависят решения судеб граждан. И что касается государственного подхода, то он достаточно определен, выражен и закреплен соответствующих правовых и законодательных актах: Конституции РФ, Законе РФ "Об образовании", Законе РФ "О свободе вероисповеданий", Международной Конвенции о правах ребенка, ратифицированной Россией.

Православная церковь, разумеется, хочет расширить свою "паству", увеличить число своих сторонников и приспешников, для чего ищет и использует различные, в том числе и довольно изощренные методы. Признавая, что имеющихся в арсенале "законных" средств борьбы на современном этапе ей явно недостаточно, религиозные апологеты обращают свои взоры на детей и молодежь, за которыми будущее, и ищут лазейки в законодательстве для захвата такого канала воздействия как образование.

В выступлении Д.К. Бурлаки утверждается: "Комплексный подход в "битве за умы" предполагает создание христианских учебных заведений, осуществляющих общеобразовательную и профессиональную (не теологическую) подготовку мирян. Очевидно, что только на этом пути Православие станет действительно полноценным культурообразующим фактором российского образования". И надо заметить, что в этом и состоит современная реальная тактика борьбы Православия с государственной системой образования.

В реальной действительности можно наблюдать такую тенденцию. Православная церковь ведет довольно активную борьбу не столько за умы и образование граждан, сколько за государственное имущество системы образования и его кошелек. Средства этой борьбы хорошо знакомы - письма, петиции, обращения в различные государственные службы и прессу. Суть везде одна и та же: государственная система образования якобы не справляется с решением задач нравственного воспитания молодежи, это может делать только церковь в силу ее будто бы имманентной высокой нравственности, поэтому власти должны предоставить церкви помещения, средства и условия для реализации ее культурной, образовательной и воспитательной миссии. Как правило, имеет место спекуляция аксиологической и культурологической терминологией, выдвижение на первый план идей о ценности Человека, свободы, нравственности, культуры, интеллигентности и т.п., против которых, разумеется, не станет возражать ни один здравомыслящий человек.

Некоторые расчувствовавшиеся от подобных проповедей представители власти вопреки букве закона и здравому смыслу идут на предоставление церкви зданий без платы за аренду, чтобы открывать в них христианские школы (при открытии - начальные, но с расчетом на вырост). Например, такая школа несколько лет назад была открыта в одном из городов Ленинградской области в помещении бывшего Дома пионеров. В первый год работы школы в ней обучалось меньше 20 учеников - детей верующих. (Это вместо сотен детей, посещавших кружки Дома пионеров.) Девочки весь день ходили в платочках и имели благообразный вид. В качестве учителей были привлечены служители церкви, монахи и послушники ближайшего монастыря. Однако по окончании детьми начальной школы встала проблема их дальнейшего образования, и тут обнаружилось, что ученики церковной школы не готовы к продолжению образования в основной школе, так как уровень их образованности не отвечает требованиям образовательного стандарта обычной "светской" школы. Дети отстают в развитии элементарных общеучебных умений и навыков, не готовы к решению образовательных и жизненно-практических задач, к общению со сверстниками в "массовой" школе. Но это обстоятельство нисколько не смущает представителей церкви. Они продолжают свое наступление на систему образования, вновь выдвигая требование предоставить еще одно здание, теперь уже детского сада, для открытия в нем "центра христианской культуры". В конечном счете ответственность за то, что дети получили образование не того качества, в данном случае ложится на тех, кто своими официальными решениями и поддержкой допустил эту подмену государственного образования церковным.

Развивающаяся система образования стремится создать и реализовать такие модели образования, которые бы максимально отвечали потребностям населения и обеспечивали вариативность и высокое качество образования на любом выбранном человеком образовательном маршруте. Об этом свидетельствует деятельность как органов управления образованием, так и конкретных образовательных учреждений, в частности Санкт-Петербурга и Ленинградской области (pазработка новых разноуровневых образовательных программ, образовательных стандартов как гарантии качества образования, развитие новых видов образовательных учреждений, разработка системы управления качеством образования, широкое использование средств психолого-педагогической диагностики, создание служб социальной защиты и индивидуального сопровождения развития ребенка и др.). Разумеется, инновационные идеи и достижения российской школы (как общеобразовательной, так и высшей) замалчиваются, старательно обходятся стороной в ходе провозглашенной "битвы за умы". Наоборот, в качестве аргументов приводятся следующие суждения: "Уровень реализации учебных программ в некоторых госструктурах иногда настолько низок, что невольно возникает вопрос о целесообразности его поддержки в таком виде" (Д.К. Бурлака). Это и понятно, ведь если признать имеющиеся успехи и достижения в развитии государственной системы образования, то выдвижение идеи о необходимости создания "православных учебных заведений" под эгидой государственной поддержки будет выглядеть сомнительно.

Бурлака пишет: "Мне не встречалось аргументированного обоснования того, почему общее и профессиональное образование не может быть получено в православном учебном заведении, финансируемом, по крайней мере, частично из муниципального или федерального бюджета". В этом неявном и, на первый взгляд, даже наивном вопросе легко усматриваются шовинистические интересы. Ведь вопрос не ставится, например, так: почему бы государству не создать широкую сеть религиозных учебных заведений - православных, католических, протестантских, иудаистских, мусульманских, языческих и т.д. Думается, что абсурдность самой постановки такого вопроса очевидна. Общее образование должно быть общим для всех граждан, независимо от их религиозных настроений, а профессиональное образование - именно профессиональным, и религия здесь ни при чем. Вместе с тем, если церковь отдает себе отчет в том, что это за такое явление - "православное учебное заведение" (обучающее в том числе или прежде всего православию?), то она, вероятно, вправе создавать и, как видим, создает свои образовательные структуры. Но эти структуры, естественно, должны оставаться структурами именно церкви и именно она должна нести ответственность перед народом, прежде всего - за то качество образования, которое предоставляет. И если церковь желает конкурировать в вопросах качества альтернативных образовательных услуг с государственными образовательными учреждениями, то она сама и должна находить подобающие средства участия в такой конкуренции. А за народом всегда должно быть и оставаться естественное право выбора.

Eлена Титова,
доктор педагогических наук,
профессор кафедры педагогики РГПУ имени А.И. Герцена,
Санкт-Петербург

наверх


Смотрите информацию миниэкскаваторы из японии б у цена на сайте.